Россия ставит на финансовый интерес Болгарии и Венгрии в гарантиях «Турецкого потока» от ЕС

Требование России от Евросоюза гарантий невмешательства в «Турецкий поток» вполне справедливо на фоне показательной истории с «Южным потоком». Об этом ФБА «Экономика сегодня» рассказал ведущий эксперт Фонда Национальной энергетической безопасности, преподаватель Финансового университета при правительстве РФ Станислав Митрахович.

«Россия хочет, чтобы страны-участницы проекта «Турецкий поток» в Европе взяли на себя четкие обязательства в этой инициативе. В данном случае требования предъявляются Болгарии, Венгрии, Словении – Москва считает, что при строительстве инфраструктуры на своей территории они не должны менять «правила игры». Те же требования Москва выставляет Европейской комиссии – чтобы не было чрезмерных требований к газопроводу и его политизации.

После истории с «Южным потоком» «Газпром» максимально перестраховывается – он не будет инвестировать в ГТС на территории Евросоюза, не намеревается становиться собственником мощностей по транзиту. Формально требования антимонопольного права ЕС Москва соблюдает, и призывает Европу к зеркальным действиям – не дискриминировать Россию в проектах на территории ЕС. В том, что евробюрократия способна менять условия соглашений уже в процессе реализации проектов, РФ убедилась на примере «Северного потока-2», — отмечает специалист.

Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев в ходе визита в Софию объявил, что вопрос о продлении второй ветки «Турецкого потока» на Болгарию, Сербию и Венгрию в настоящее время прорабатывается. По его словам, для успешного решения нужны действия правительств этих стран, а также отсутствие препятствий поставкам по газопроводу со стороны ЕС. При этом Россия видит заинтересованность ряда европейских стран в том, чтобы маршрут газопровода «Турецкий поток» прошел по их территории.

«Формально найти возможности вставить палки в колеса проекту Еврокомиссия может. К примеру, «Газпром» не имеет право инвестировать в газовую инфраструктуру стран ЕС, однако уже сейчас намерен вкладываться в строительство мощностей по транзиту на территории Сербии. Она членом ЕС не является, однако на нее могут надавить: мол, если сербы стремятся попасть в Евроальянс, то должны исключить «Газпром» из числа инвесторов.

Пока, тем не менее, ситуация относительно стабильная. Потенциальные страны-участницы проекта проводят аукционы на прокладку трубопроводов, активного противодействия инициативе со стороны Еврокомиссии не заметно. Потому есть вероятность, что уже в этом году начнется строительство – не только в Болгарии, но и в ряде других стран. Как только страны Европы начнут вкладываться собственные деньги в проект, им уже есть что терять, а значит, они становятся лоббистами «Турецкого потока», — подчеркивает эксперт.

Работа над ошибками

Медведев особо подчеркнул: «новая ветка не должна повторить печальную судьбу «Южного потока». Это нереализованный международный проект газопровода, который планировалось проложить по дну Чёрного моря из Анапского района в болгарский порт Варну. Строительство началось 7 декабря 2012 года и по плану должно было закончиться в 2015 году. Однако власти Болгарии под давлением Вашингтона и Брюсселя в 2014 году дважды останавливала работы по проекту, после чего Москва отказалась от его реализации.

«Решение о продлении «Турецкого потока» через болгарскую территорию зависит от того, удастся ли Софии получить твердые гарантии, что ЕС не будет чинить препятствия планам поставок газа по новому газопроводу», — сказал Медведев. Ранее стало известно, что «Турецкий поток» в ЕС может быть проложен через Болгарию, Сербию, Венгрию и Словакию до хаба в Австрии. «Булгартрансгаз» успешно завершил так называемую процедуру open season – сбор обязывающих заявок на бронирование будущих газотранспортных мощностей, аналогичные аукционы проводят и другие страны.

«Формально попытки распространить требования газовой директивы Евросоюза на строящийся сейчас «Северный поток-2» – это как раз попытки изменить правила игры, когда она уже в самом разгаре. Теоретически эти же ограничения ЕС может применить и к «Турецкому потоку», и другим проектам. Причем попытки блокировать работу проекта могут осуществляться и когда он уже введен в эксплуатацию – ярким примером стал газопровод OPAL (продолжение «Северного потока»), который несколько лет был загружен лишь наполовину из-за политических придирок.

Одной из гарантий продолжения «Турецкого потока» так или иначе является заинтересованность европейских стран-участниц. Эта труба даст Болгарии, Сербии, Венгрии и Словакии доходы от транзита газа, а также обеспечит им гарантированные и бесперебойные поставки энергоносителя для собственных нужд.

В свое время США и Брюссель активно противодействовали «Южному потоку» – это был масштабный проект по поставке 63 млрд кубометров газа в год. Это была стратегически важная инициатива с очень высокими ставками. На этом фоне продолжение «Турецкого потока» в Европе с 16 млрд кубометров смотрится гораздо более скромно и менее амбициозно. Потому, думаю, у европейских интересантов хватит сил его отстоять перед Европой – шансы на это довольно высоки», — заключает Станислав Митрахович.